Дмитрий (nehludoff) wrote,
Дмитрий
nehludoff

Category:

Продолжение мемуаров Муми-папы

Кто кому чего должен?
В школе № 39 в мою бытность слабых учителей не было. Но особо выделялись завуч старших классов Герман Константинович Миняев и завуч младших классов Александра Александровна Миняева.
Так сложилось, что и мой старший брат, и я с разрывом в полтора года покинули 39 школу не совсем чтобы добровольно. Но и не сказать, что напрямую исключили. Этого не было.


Окончание главы папиных воспоминаний про уфимские школы середины 20 века.


Кто кому чего должен?

В школе № 39 в мою бытность слабых учителей не было. Но особо выделялись завуч старших классов Герман Константинович Миняев и завуч младших классов Александра Александровна Миняева.



Так сложилось, что и мой старший брат, и я с разрывом в полтора года покинули 39 школу не совсем чтобы добровольно. Но и не сказать, что напрямую исключили. Этого не было.

Тем не менее, к выходу подталкивали: Сережу – Герман Константинович, меня – Александра Александровна.

История это получила неожиданное продолжение. После того, как я ушел с агрегатного завода и перестал быть для школы, где учился мой сын, источником краски, стройматериалов и других многополезных вещей, тогдашний директор школы № 91, вошедший в её историю как «некто Гришин», вдруг обнаружил, что Эйгенсон-младший все же не «живой мальчик с хорошими организаторскими способностями и врожденным чувством юмора», а «юный пакостник, заводила практически всех хулиганских выходок и издевательств над преподавательским составом».

Я поинтересовался у «некого Гришина» сколько цемента нужно для возврата к прежней системе координат. Получил ожидаемый ответ, что «оне сами знают с какого конца цемент покупают».

И поехал в школу № 16 в Зеленой Роще. Зашел к директору и сказал ему: «Слушай, твоя семья моей двух человек должна. Моего Митьку попятили из девяносто первой. Я хочу, чтобы ты его взял. У тебя школа не может быть плохой!». И Константин Германович Миняев, вздохнув, правда, для приличия, взял Дмитрия Дмитриевича в девятый класс. Русский язык и литературу, кстати, ему преподавал совершенно замечательный словесник (это общее мнение всех его знавших) Герман Константинович Миняев.

К общему горю всей школы, Костя не успел пожалеть по – настоящему о своем опрометчивом решении. Тогдашние образовательные чиновники, рожавшие ежиков иголками вперед при одной мысли о Костиных новациях, слопали его, слопали за несоблюдение инструкций Наркомфина и Наркомпроса (я не шучу!).

Черт его знает, но может именно за Костиной школой, (он сейчас руководит частной школой «Детская Академия», которая располагается на углу Зорге и 50 лет СССР в когдатошном центре детского творчества Арона Рубинштейна), его системой образования и воспитания -завтрашний день. Потому что Констанин Германович Миняев Учитель – от бога. И человек очень хороший. Значит, и коллеги у него соответствующие.

Покаяние: Никто из нас не без греха.

Вообще, честно говоря, никогда не думал, что с таким удовольствием буду писать о своих и чужих учителях. Каких – то четыре с небольшим десятка лет тому назад они, учителя, воспринималась как монолитный, хорошо вооруженный и многолюдный боевой лагерь, против которого я с необыкновенным упорством пёр каждый день с бритвенным тазиком на голове. И каждый день эти взрослые люди отстраивали свою тактику для все более эффективного  злоуничтожения меня несчастного, слабого, ни в чем виноватого (ну, на худой конец,я больше не будущего).

Однако, как-то само собой образовалось, что преподаватель математики 39 школы Людмила Федоровна Аминева с говорящим позывным «Клизма» настолько вбила в меня привычку и умение считать в уме, что я до сих пор остановиться не могу. А ведь для принятия управленческих решений это более чем ценное качество, когда ты понял раньше и дальше, чем другие с их калькуляторами и прочими гаджетами (вот ведь верно сказано, что доброе дело ни БРАКом, ни ГАДжетом не назовут).

Лия Сергеевна Давидович, имевшая несчастье быть моим классным руководителем в школе №82, одновременно, преподавшая нам химию, наверное, даже вмале не может себе представить: сколько раз вспоминал её добрым словом, распутывая ой как частые в производственной жизни химические гордиевы узлы. Тут, правда, нельзя убирать фактора моего главного и основного учителя по всем предметам на протяжении, увы, всего сорока восьми лет – Александра Сергеевича Эйгенсона.

А сколько слов безусловного покаяния я обязан сказать преподавателю биологии школы № 82 Власу Алексеевичу Дорогачу. Надо сказать, что в 82 школу я пришел после исключения из школы № 86, где биологию преподавала его жена – Александра Александровна. У неё я ходил в отличниках и любимчиках. Ну действительно, любил биологию, и люблю сейчас.

А вот с Власом Алексеевичем не срослось. Наш выпуск 1968 года был первым, кто изучал т.н. высшую биологию – генетику, то бишь. У меня были учебники Винчестера ( для колледжей) и Вилли (для магистратур), ещё очень плохо переведенные. Но были. А у моих учителей их не было. Ия за всю лысенковщину оттянулся на бедном Власе Алексеевичу, не в чем, естественно,  не повинном. Я постоянно выступал по первой дорожке, получал естественные щелбаны в наглый лоб и … готовил новые выступления.

Приведу один пример. Как бы он меня не… жаловал, но Влас Алексеевич понимал, что генетику, в общем-то, я знаю прилично. И поэтому, когда в нашей школе был открытый урок, к доске он вызвал меня. Не хотел он этого делать, ну и не делал бы.

Закон гомологических рядов я объяснял примерно так: Скрещиваем белого мужчину и черную женщину.

Первое поколение – все серые. Вторые поколение – один белый, один черный, шесть серых, три полосатых. Ну и так далее в этом же стиле.  И все это в присутствии преподавателей биологии со всей Башкирии.

… А вот сегодня думаю: Зачем? За что? И очень ощущаю себя виноватым. Перед добрым и заботливым человеком. Умевшим просто объяснять очень сложные вещи. Просто ему не хватало информации. Он ведь не виноват, что книги по генетике только – только утратили спецгрифы и были просто недоступны.

А я изощрялся на всю катушку! Стыдно за себя, тогдашнего, ей-богу. Правда, таких уродливых форм противостояния между учениками и учителями, как в нынешние времена, как в «бессмертном» творении В.Г. Германики, в нашу бытность не было и быть не могло.

Но прошу обратить внимание; во всех сегодняшних шумных и постоянных скандалах, связанных со школами – избили учительницу, избили ученика, девочки запинали одноклассницу, хорошие, правильные школы НЕ ВСТРЕЧАЮТСЯ.

Уфа без её школ – не Уфа

И слава богу, что в нашем любимом городе до сих пор сохранились школы – храмы, школы – хранители традиций, школы по выделке штучного  человеческого материала – мыслящей, не существующей вне созидательного труда, креативной от макушки до пяток элиты. Не денежных мешков, не рантье на папиных дивидендах, а упорно пробивающихся вверх людей. Не обязательно директоров, профессоров,хозяев корпораций.

Одновременно со мной в школе №39 учился внук Мажита Гафури Халит Гафуров – мы оба были полуслепыми. Он, правда, ослеп окончательно. А я вот до 58 лет дожил  с минус 12 диоптриями, сделал операции, и сейчас хожу и живу вообще без очков.

В силу своей особенности, мы выделялись на общем фоне фиолетовым цветом рук, лица и одежды, за что еженедельно получали от Акзама Шакировича Файзуллина свою «булку счастья». Я, правда, в отличии от Халита,мог открыть довольно большую булочную. Булок я еженедельно получал очень много, и все были такие разные.

Но не о булках разговор. Халит не сдался своей беде:стал, в конце концов, совершенно уникальным массажистом и костоправом, большим философом по жизни.Очередь к нему всегда была, как говорится, отсюда и до Тамбова. Вот вам пример горизонтального карьеризма.

Великий российский военный мыслитель ХIХ века М. Драгомиров говорил: карьеризм у русских офицеров вроде … пениса: наличие обязательно, но демонстрировать в обществе неприлично.

Я, как и Драгомиров, никогда не считал слово «карьерист» ругательным. Но ведь это чувство – лидерства, нестандартности – оно должно воспитываться с детства.

Думаю, даже уверен, что те,  кто принимал решение об общероссийской «микрорайонности» АБСОЛЮТНО ВСЕХ ШКОЛ, в молодости, как и все мы, увлекался «пешим, лыжным, водным туризмом и другими скрытыми формами разврата». Напоминаю: скорость общего движения определяется САМЫМ  МЕДЛЕННЫМ ЕГО УЧАСТНИКОМ.

Не снижайте уровень лучших школ! Уравниловка – очень плохо. Доказано историей, и не единожды.

Пусть будет старт – конкурс, пусть малыши с самого начала начинают бороться за своё место под солнцем. Право, это не социальный дарвинизм, это естественная забота об их  будущем. Комитетом по образованию Государственной Думы нынешнего созыва руководит мой двоюродный одноклассник Александр Николаевич Дегтярев (он в 1966 году пришел в школу №39 к тем самым ребятам, с которыми я расстался в 1963 году). И насколько знаю от общих друзей, Александр Николаевич немало гордится своей альма – матер – школой №39.

Может, стоит попросить его организовать в пределах отдельно взятого региона эксперимент по выборочной  реформе этого осредняюще – оглупляющего принципа «где живешь – там и учишься, шаг  влево, шаг вправо считается побег». (Какая – то новая форма крепостной зависимости с изначально отменным Юрьевым днем!)

Очень обидно будет, если  рухнет уникальная даже в масштабах всей Российской Федерации система отборного образования г. Уфы.

Postscriptum: Не хотел и не хочу ограничивать список лидерских школ только упомянутыми в тексте.

К примеру, в нашей детской компании были совершенно роскошные ребята из 83 школы: Вова «Пончик» Стрижнев, Слава «Вуня» Арясов, Сережа «Леныч» Ленченко, Миша Рогачев. А бывшая мужская школы №11, ныне школа №61, этож тоже было натуральное гнездо молодых гениев.

А школа № 10, как – то затерявшаяся в моем рассказе под боком близлежащей 91 школы. Одного Гешки Штейхерта хватит, что бы написать этой школе настоящую оду! А Розенблюмовская 35 –ая, 45-ая, а…, а…, а…

Увы, беспредельно мало написал об учителях. Разве можно представить себе нашу Черниковку без Николая Ивановича Дьячкова, Софьи Захаровны Болховских,Виктора Николаевича Ковтуненко, Софьи Григорьевны Гитель. Имя им, конечно, не легион, а центурия. Но я же и этого не сделал.

Ребята из Южной части своих назовут. У Проспекта, Зеленой Рощи, Демы, Старой Уфы – свои герои.

Так дополняйте – каждый учитель интересен своими учениками. То есть, конкретно – вами.

Д. Эйгенсон

Г.Калининград, 2012 г.



Tags: папины дневники
Subscribe

  • 9 месяцев. Минус 20 кг. Плюс физкультура. Минус майонез.

    Просто хотел вам две фотки показать. Прошло 9 месяцев. Минус 20 кг. Плюс физкультура. Минус майонез. В целом, в питании поменял только сам…

  • Мои женщины

    Если я когда-нибудь напишу книгу про свое детство, то там точно будет глава "Мои женщины". Про тех красавиц, которые смотрели тогда на нас…

  • Солдатики

    Я в детстве почему-то не очень любил играть в солдатиков. Не, ну были какие-то у меня, конечно, но больше любил конструкторы, кажется. А как вырос,…

promo nehludoff june 19, 2013 12:29 27
Buy for 300 tokens
Горжусь тем, что у нас в Уфе бьется мощное креативно-передовое сердце! Группа талантливых молодых ребят делают превосходный электронный журнал " MNHTTN MAG", который, клянусь, переплюнул все, что есть в этой области, по крайней мере в России! Это супер! А когда они сделали…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments

  • 9 месяцев. Минус 20 кг. Плюс физкультура. Минус майонез.

    Просто хотел вам две фотки показать. Прошло 9 месяцев. Минус 20 кг. Плюс физкультура. Минус майонез. В целом, в питании поменял только сам…

  • Мои женщины

    Если я когда-нибудь напишу книгу про свое детство, то там точно будет глава "Мои женщины". Про тех красавиц, которые смотрели тогда на нас…

  • Солдатики

    Я в детстве почему-то не очень любил играть в солдатиков. Не, ну были какие-то у меня, конечно, но больше любил конструкторы, кажется. А как вырос,…